История Матвея Братухина
24 января 2024
Матвей был под опекой «Дома с маяком» совсем недолго, около месяца. У Матвея диагностировали онкологическое заболевание, и он умер в каюте нашего стационара. Через 40 дней его мама Елена приехала к нам, чтобы встретиться с командой хосписа и сделать в память о Матвее кораблик, который сейчас плывёт по волнам в нашем саду.
Мы попросили Елену рассказать о Матвее и его последних днях в «Доме с маяком».
В детстве
Мы из Кирова, в нашей семье выросли четверо сыновей. Матвей со своим братом-близнецом Тимофеем — младшие. Когда ребята были маленькие, я вела дневник. Сейчас достала свои записи и стала перечитывать. «Матвей правильный, покладистый, доверчивый, скромный мальчик, живёт неспешно, хорошо рисует, очень добрые образы в рисунках». Или вот про его отношения с братом: «Иногда вздорят, бывает, кусаются, а потом обнимаются, гладят друг друга по голове, говоря “ты умница”». Малышами они часто играли в русских богатырей, бились игрушечными мечами, вместо богатырских плащей — детские одеяла, вместо шлемов — ведёрки пластмассовые, а щиты — просто большие крышки. Когда выросли мальчишки, то увлеклись футболом, ходили на стадион за несколько километров от дома.
Каждый из членов нашей семьи был связан с творчеством. У всех есть художественное или музыкальное образование, Матвей тоже окончил музыкальную школу по классу фортепиано. Уже тогда многие отмечали у него какое-то особенное звукоизвлечение. Когда он играл, пространство будто наполнялось особым теплом и светом. Это было удивительно и ощущалось физически: слушаешь его игру и будто сил набираешься.
После окончания школы Матвей всё же решил пойти по стопам своих родных и поступить в Вятское художественное училище в Кирове. Техника у Матвея хромала, так как художественного образования у него не было, но думаю, поступил он из-за своего умения «схватывать» художественный образ, передать его в своём особом стиле и сдобрить юмором. Матвей мечтал после окончания художественного училища продолжить обучение в Москве, его привлекала профессия мультипликатора.
Болезнь
Матвей заболел в 17 лет. Ни мы, ни врачи долго не могли понять, что его беспокоит. Выяснили, что это онкологическое заболевание, когда уже были метастазы в лёгких, печени, а позже и в головном мозге. Состояние Матвея резко ухудшалось. В Кирове ему сделали операцию, затем были курсы химиотерапии, Матвею стало легче, и мы поехали в Москву, в клинику им. Блохина. Матвею сделали операцию, потом ещё одну. Его готовили к лучевой терапии, но в ночь перед госпитализацией у Матвея возник судорожный приступ уже с потерей сознания, затем — реанимация и кома. Но и с этой ситуацией он справился. И всё же обследование показало, что опухоль разрослась, Матвею становилось хуже.
Казалось, он принимал свою судьбу спокойно, твёрдо. «Всё нормально», — так чаще всего отвечал. Ещё до болезни Матвей начал писать музыку. Она помогала переработать чувства, переосмыслить происходящее, в той музыке есть всё: и радость, и страх, и боль, и свет, и надежда, и любовь.
«Дом с маяком»
В «Дом с маяком» мы обратились по совету моей знакомой. Я отправила запрос, и через 12 минут мне пришёл положительный ответ.
Я тогда всё думала: «Господи, дай мне возможность увидеть его улыбку хотя бы ещё раз». Это стало моей мечтой на тот момент. И в «Доме с маяком» он впервые после реанимации и терапии широко улыбнулся! Здесь его впервые за год полноценно помыли, он так радовался этому. Его окружили заботой, любовью. Матвей будто ожил, начал интересоваться миром, смотрел любимые футбольные матчи, комедии, детективные сериалы. Пробовал рисовать на сенсорном планшете. Ему нравились мастер-классы, которые проводили в стационаре. А ещё там слушали его музыку, это его очень вдохновляло. Нам в каюту принесли синтезатор, и Матвей мог играть на нём, когда были силы.
Мы пробыли тогда в стационаре 10 дней. А потом вернулись в съёмную квартиру, где «Дом с маяком» исполнил мечту Матвея: к нему в гости приехал любимый актёр Антон Лапенко. Антон подписал фотографии для всего курса Матвея в художественном училище, и я потом передала их ребятам в память об однокурснике.
В квартире мы пробыли всего неделю. За эту неделю осуществили мечту Матвея, отметили день рождения папы и смогли собраться семьёй на видеозвонок. Но у Матвея резко ухудшалось состояние, и мы попросились обратно в хоспис.
Когда мы собирались, Матвей спросил: «Мама, так тяжело снова переезжать. Надолго мы в хоспис?» Я ответила: «Навсегда». «Круто», — сказал тогда Матвей и улыбнулся. Это была его последняя улыбка, которую я видела.
Маяк
Говорят, очень важно привести ребёнка в этот мир. Мы очень стараемся во время беременности, смотрим на прекрасное, живём, радуясь. Точно так же для меня важно было сопроводить Матвея в мир иной.
Во второй раз в стационаре мы пробыли всего два дня. Ночью я держала его за руку, гладила пальцы, ухаживала, обнимала, дышала волосами, пыталась удержать его ускользающий образ. Мы тихо включили джаз, зажгли его любимый светильник-маячок, были рядом, пока не расстались.
Сотрудники стационара нас очень поддержали. Несмотря на трагичность и боль утраты, мы увидели много любви, добра, света и человечности.
Кораблик
Меня тянуло встретиться с людьми, которые были в последние дни Матвея рядом с нами. Я приехала в «Дом с маяком» на сороковой день, привезла подарки: конфеты по рецептам кондитера, жившего в Вятке в позапрошлом веке, и музыкальный маячок-светильник.
Посоветовавшись с семьёй, на кораблике я запечатлела всё, что любил Матвей: клавиши, палитру и кисти, голубя, написала имя. Кораблик затем прикрепили к забору в саду «Дома с маяком».
Позже в новогодние праздники мне передали ёлочку, которую Матвей делал в хосписе на мастер-классе. Ему тогда уже очень тяжело было двигать рукой. Но он постарался и на обратной стороне нарисовал смайлик. Я восприняла это как подарок, послание от Матвея, его пожелание для нас — жить в простоте и радости, ценя каждое мгновение нашей жизни.
